Бунин Иван Алексеевич
Бунин Иван Алексеевич
1870-1953

Навигация
Биография
Произведения
Краткие содержания
Рефераты
Сочинения
Фотографии


Реклама


Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (15)


Рассказ "Я все молчу"
Бунин Иван Алексеевич - Произведения - "Я все молчу"


 
   Молодым Александра Романова все звали Шашей, жил он тогда с отцом, в селе, в доме под железной крышей, а бил его отец, Роман.
   Роман мнил себя первым человеком в округе, самим гос-подам дворянам совал руку при встрече. Была у него лавка в селе, мельница за селом, а богател он тем, что скупал по-мещичьи рощи на сруб. Макару, родному брату его, есть бы-ло нечего; он, оборванный, плелся по выгону и смиренно говорил, снимая шапку: "Здорово, брат!" А Роман, сытый, похожий на дьякона, отвечал ему с крыльца: "Ты меня, ду-ралей, не обратывай. Брат, брат! Поклонись да иди, куда шел, а в разговоры не лезь". Что же должен был чувство-вать единственный наследник такого человека? Он по селу гулял в поддевке тонкого сукна, в сапогах с лакированными голенищами, наигрывал польки на дорогой ливенке. Встре-чались ему девки и ребята и провожали его теми взглядами, от которых у людей известных мурашки бегут по спине. Но мрачным и даже свирепым взглядом встречал он эти взгля-ды: вся молодость его прошла как бы в приуготовлении себя к той роли, в которой достиг он впоследствии такого совер-шенства.
   Роман на вершине благополучия стал слабеть, запуты-ваться в делах. Сивый, бородатый, длиннопузый, в казине-товой поддевке, похожей на подрясник, он только во хме-лю бодрился, а трезвый был уныл и нарочито груб. Слава и могущество еще были у него. Он на выгоне возле церкви, против своих окон, выстроил школу, был попечителем ее и в любую минуту мог заставить учителя в ногах у себя ва-ляться. Он еще мог угостить гостя шпротами, кислым ома-ром в ржавой жестянке, цимлянским и, угощая, покрикивал а кого попроще: "Пей, глупей!" Но пора, пора было сме-нить его. А кому? Смены-то и не было. Шаша все больше втягивался в свою роль, роль человека, чем-то кровно оскорбленного, - и отношения между ним и Романом своди-лись только к тому, что Роман таскал его за "виски". Шаша, по его словам, ангела мог вывести из себя, не таскать его нельзя было. И он таскал. А чем больше таскал, тем все не-стерпимее становился Шаша.
   Ему ли было не гордиться домом, могуществом и повад-ками отца! Отец при гостях кричал на него: "Да будь ты ма-ленько поразвязней, дуралей!" Но ведь это была повадка тех, кому подражал отец, повадка купцов, а разве не выс-шая гордость - чувствовать себя купеческим сыном? Отец даже хвастался им порою, самодовольно говорил гостю: "Постой, я тебе сына покажу!" - и горланил на весь дом: "Шаша, подь суда, тобой Миколай Михайлыч антересуется!" Но, ах, как входил Шаша в комнату, где сидел гость с отцом! Он входил, багровея, глядя из-под насупленных и пе-рекошенных бровей, руки держал туго, кренделем, ступал еще туже, внутрь носками и так щеголевато, точно пятую фигуру кадрили танцевал, а шаркнув гостю, тотчас же от-скакивал к окну, к притолоке, раздувая ноздри, кусал зау-сенцы, на вопросы отвечал с нелепейшей краткостью и рез-костью. Как же было не бить его? Гость уезжал; Роман, про-водив его, молча подходил к Шаше и, размахнувшись, крепко сгребал Шашу за волосы. Шаша молча вырывал го-лову из его пятерни и, выскочив в прихожую, бил себя ку-лаком в грудь:
   - Нну, папаша! Я молчу! Я все-е молчу! - шипел он зловеще.
   - Да животная ты этакая! - орал Роман. - Ведь за это за самое молчанье да ломанье я и бью-то тебя! Значит, ты сам того добиваешься? Зачем? Почему?
   - Прах моей могилы все узнает! - отвечал Шаша яро-стно и загадочно.
   Он ли не в рубашке родился! Деньги у него не переводи-лись, одевался он щеголем, ухаживал на вечеринках за ко-кетливыми поповнами, за дочерьми станового, танцевал с ними под аристон. Но и ухаживал он как-то едко, срыву. Да что! Даже наедине с самим собой, глядясь в зеркало и взби-вая металлическим гребешком свое бурое руно, изверски косился он. Нос у него был раздавленный, голос хриплый, вид каторжный, мужики называли его палачом. Кажись, не велика честь! Так нет, он и этим наслаждался. "Подколод-ный дьявол! - говорили мужики. - Все ему не нравится, все не по его, не так!" И он изо всех сил старался оправдать эти клички. "Хто? Это Шаша-то подколодный? - спрашивал Роман с негодованием - Да такими подколодными хоть мосты мости! Он дурак, ахтер, лодарь прирожденный, и боль ниче-го. Чего он карежится? Какого ему рожна надобно?" А Шаша глядел с ядовитой усмешкой да помалкивал. "Ну вот, глянь, глянь на него! - говорил Роман, - Глянь, что он стро-ит из себя!" А Шаша все выше косил брови и уже сам верил, что закипает в нем что-то ужасное. "Ох, папаша! - шипел он, как бы не выдержав. - Ох, сказал бы я вам одну штуку!" Роман, унылый, с обвислыми мешками под глазами, стра-дальчески ухмылялся: "А что же эта за штука такая? У? Ну-ка, скажи?" - "Это я-то?" - спрашивал Шаша,
Страницы: 1 2 3 4 5

Бунин Иван Алексеевич - Произведения - "Я все молчу"


Копирование материалов сайта не запрещено. Размещение ссылки при копировании приветствуется. © 2007-2011 Проект "Автор"